Лена Зуфарова: семейная квартира в районе Остоженки

Проект — элегантный интерьер «вне времени», удобный для жизни семьи с двумя детьми. Заказчики искали жилье в центре Москвы, исключительно в старом фонде. Новостройки даже не рассматривали. Варианты оценивали вместе с Леной: получится ли вместить в имеющиеся метры весь «список задач». В итоге выбрали квартиру в одном из переулков Остоженки. Площадь: 133 кв. метра.

«Люди с европейским вкусом, мои закачики показывали в качестве образцов стокгольмские интерьеры в прохладной гамме, — вспоминает Лена. — И до мельчайших деталей знали, как им будет удобно жить. Например, наложили запрет на серебристый металл и пластик даже в розетках и выключателях, а количество текстиля попросили свести к минимуму, так что окна в гостиной и кухне оставлены вообще без штор. И главное, они хотели, чтобы интерьер не выглядел свежесделанным: никаких трендов, которые уже завтра выйдут из моды. Просили нечто вневременное, при этом элегантное и обязательно — приспособленное для жизни. Чтобы не пришлось переживать, если дети вдруг испачкают стену».

Дом построен в начале ХХ века. Никаких историзмов после ремонта девяностых в квартире не сохранилось, так что пространство расчистили без сожаления. «Архитектура здания эклектична — нам не нужно было следовать определенному стилю,  воспроизводить аутентичные детали», — говорит Лена Зуфарова. Исследовав лепнину, сохранившуюся в подъезде, дизайнер разработала лаконичные карнизы, которые изготовило «Гипсовое ателье». Потолочные розетки с цветочным декором — дань модерну. Созданная на заказ цементная плитка Luxemix отсылает к старинному метлаху. Фрамуга с бронзовым стеклом пропускает свет из гостиной в коридор — подобные фрамуги до сих пор можно встретить в старых квартирах.

Следуя пожеланиям хозяев, Лена старалась придать квартире «поживший» вид. Чем не раз ставила в тупик строителей, привыкших все делать «ровно и гладко». Стены выглядят так, будто их уже не раз перекрашивали, гипсовые карнизы сохранили неровности и шероховатости. Двери и мебель выкрашены ручной кистью: в отличия от покрытия в промышленной камере, очевидно, что здесь работал человек. Дверные и оконные ручки из латуни не защищены лаком, отчего со временем покроются красивой патиной. На полу — темная, будто поцарапанная доска Finex. «Меня радует, что сегодня стали цениться «рукотворные» вещи и материалы: кажущееся несовершенство становится признаком индивидуальности, предметом созерцания», — говорит Лена Зуфарова.

Площадь 133 кв. метра Лена Зуфарова задействовала в высшей степени рационально. Вписала гостиную, соединенную с кухней большим порталом, две детские комнаты,  кабинет, спальню, постирочную, три санузла, гардеробную и много мест для хранения. Три огромных несущих колонны и балка повлияли на план — пришлось делать коридор. Планировка круговая: из прихожей попадаешь в гостиную, потом в кухню и оттуда обратно в прихожую. Такая структура удобна с точки зрения логистики и очень нравится детям: они играют, бегая по кругу. В проекте многое подчинено младшему поколению, например освещение: родители хотели, чтобы девочкам было комфортно заниматься, читать. «Это первый мой интерьер, где пришлось просчитывать уровень освещенности. Я не любитель технических светильников, но здесь их довольно много», — признается Лена.

Коридор выкрашен в плотный, красивый оттенок из палитры Zoffany, он называется Teal, «чирок».  «Этот прием не только разнообразит колорит, но и подчеркивает ощущение воздуха в комнатах, когда мы заходим в них после коридора. К тому же отвлекает внимание от заниженного потолка: его пришлось опустить, чтобы встроить вентиляцию. Кабинет тоже сделали темным: «В светлом эта маленькая комната неправильной формы так хорошо бы не выглядела», — убеждена дизайнер. Активный цвет есть и в кухне. «Заказчица хотела зеленый, мы долго выбирали, делали много выкрасов, прежде чем получили нужный результат».

Мебель — преимущественно скандинавская, но также есть из Италии, России. Много интересного винтажа. В галерее Correct Form нашли редкий стол из палисандра, который поставили в кабинете: Эрик Вортц создал модель для Ikea в 1960-х. В гостиной останавливает взгляд кресло датчанина Арне Ховманда-Ольсена середины XX века. Его привезли из  галереи Podra Store и переобили в ткань Leliévre. Здесь же марокканский винтажный ковер из галереи Nomad Chic. В коридоре советские подвесные лампы, Apartment with Vintage. Шведские подсвечники 1950-х купили в галерее RetroNord.

Примечателен декор. Стена гостиной украшена страницами из архитектурного атласа 1900-х годов, в коридоре разместили ботанические литографии 1890-х из галереи Decogravure, в кабинете — фото, сделанные родителями заказчицы на Тянь-Шане, и старинные карты. Современное искусство представлено, в частности, работой Ильи Овсянникова и панно Atelier Plateau.

Для гостиной приобрели диван The Idea, столик Lick my Brick, люстру 101 CPH, бра Artemide, торшер Rubn, лампу с оранжевым абажуром Hay. Композицию столовой образуют стол &Tradition, стулья Hay, люстра 101 CPH. На кухне — люстра Berliner Messinglampen, бра DCW éditions, плита и вытяжка Ilve. Кабинет: стул Muuto, люстра Frandsen, бра Nordal.

Немало объектов произведено по эскизам Лены Зуфаровой, в том числе кухня, встроенные шкафы. Замыслы дизайнера реализовали мастерские Oldwood, DoorsPro, Vysotka Home. «Некоторые модели я рисовала, ориентируясь на итальянский винтаж, например, консоль в прихожей: нечто подобное увидела одном из  ресторанов. А вот буфет создан по аналогам стокгольмских квартир: в них нередко можно обнаружить шкафы, которые стоят столетиями. Покрашенный кистью, наш буфет выглядит так, будто ему уже много лет».

Источник

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Закрыть